Введение. Коммеморативные исследования, актуализирующие образы коллективного прошлого и современных практик, играют немаловажную роль в научном философском и гуманитарном дискурсе. Это в первую очередь связано с «мемориальным поворотом» [1] в сторону исследований памяти («memory studies»).

Феномену памяти посвящен ряд исследований [2–7]. В работах [8–11] научно обоснована закономерность существования «коллективной памяти». Данный вид памяти формируется из воспоминаний конкретного сообщества в рамках культурной памяти. Отметим также повышение значимости исследований семиотических аспектов функционирования культурной памяти города. В этом направлении город с его исторически и социально значимыми объектами (локусами, знаками) рассматривается как особый «текст», как знаковое явление, символический конструкт, как хранитель коллективной памяти и транслятор культурных смыслов [12–14]. Цель настоящего исследования в том, чтобы выявить символическое значение памятных мест г. Ростова-на-Дону, связанных с военным дискурсом, и их прагматические функции в сохранении коллективной памяти и формировании культурного кода.

Методы и материалы исследования. В качестве эмпирической базы исследования были выбраны памятные места г. Ростова-на-Дону, связанные с военной историей страны, в частности с Великой Отечественной войной (ВОВ) и Специальной военной операцией (СВО).

Для достижения поставленной цели применяются общенаучные методы: наблюдение, анализ и описание памятных мест городского пространства Ростова-на-Дону, посвященных военной тематике; обобщение и интерпретация полученных данных. Частнонаучный корпус составили: семиотический метод, который применяется для анализа символического ресурса памятников и их прагматического описания; функциональный метод — при изучении роли памятных мест в формировании коллективной памяти; системный метод, обеспечивающий комплексный характер исследования.

Результаты исследования. Память является важнейшим маркером современности, а сам факт превращения памяти «в важнейшую точку кристаллизации современного научного знания и выхода дискуссии о памяти далеко за пределы академического сообщества на широкие просторы общественной жизни, внутренней и внешней политики, вовлечение памяти в конфликты разного уровня и степени остроты — не подлежат сомнению» [15, с. 31].

В научных исследованиях память рассматривается как часть культуры сообщества. По мнению Ю.М. Лотмана, культура в рамках семиотики — это коллективный интеллект и коллективная память, т. е. «надындивидуальный механизм» производства, хранения и передачи сообщений (текстов). Память как таковая всегда относительна, как относительны и ценности любого общества. Каждая культура определяет, что следует помнить и хранить, а что можно предать забвению [11, с. 200]. По словам ученого, память — это «инструмент мышления в настоящем, хотя ее содержанием является прошлое» [16, с. 384]. Культурная память опирается на сконструированную коллективом людей матрицу воспоминаний, будь это страна, этнос или город, оформленных в различных символических средствах, хранящих и транслирующих образы коллективного прошлого.

Культурная память города может стать важнейшим символическим ресурсом, обеспечивающим на местном уровне привязанность к территории как условия формирования у горожан патриотических чувств как к городу, так и к государству, и нации. Особенно важным является тезис Ю.М. Лотмана о том, что город в настоящем во многом есть проекция прошлого, что делает его генератором новых смыслов, образующихся в синхронном и диахронном взаимодействии: план города, архитектурные сооружения, объекты прошлых эпох, улицы, а также городские обряды и церемонии «выступают как кодовые программы, постоянно заново генерирующие тексты исторического прошлого» [12, с. 334].

Важно отметить, что образы городского прошлого являются теми символическими проводниками, которые связывают прошлое и настоящее города и позволяют сохранять в памяти особенно ценные для горожан фрагменты, например, фрагменты памяти о его основании, военных победах, о торговых союзах и т. д. Прагматика памяти в городском пространстве относится к практическим, функциональным и часто оспариваемым способам внедрения, реализации и управления коллективной памятью. В этом смысле важно, как память формирует городскую среду и формируется ею в реальных условиях.

Память в Ростове-на-Дону, исторически богатом и стратегически значимом городе на юге России, воплощается различными способами. Многослойная история города, охватывающая имперскую, советскую и постсоветскую эпохи, предлагает плодородную почву для изучения того, как память материализуется, оспаривается и функционирует в городском пространстве. Частью пространства города являются объекты и памятные локусы военной тематики.

Вопрос о памятниках, посвященных военному дискурсу, является достаточно сложным в контексте научного исследовательского интереса. В статье речь идет об изучении данной проблемы в фокусе семиотического аспекта, где эти памятники рассматриваются в их символическом значении. В Ростове-на-Дону как городе с глубокой исторической связью с войнами имеется значительное количество памятников и мемориалов, посвященных военному дискурсу.

Памятники, посвященные Великой Отечественной войне Великая Отечественная война (1941–1945) занимает центральное место в коллективной памяти россиян и ростовчан в том числе. Город с большой воинской героической славой, дважды освобожденный от нацистских захватчиков, играет значимую роль в этом нарративе. Эти места функционируют как пространства для коллективного траура и национальной гордости, выполняют как мемориальные, так и идеологические функции. Назовем лишь несколько таких памятных мест Ростова.

Мемориальный комплекс «Стелла» — один из самых известных военных мемориалов в Ростове-на-Дону, посвященный победе советского народа в Великой Отечественной войне. Возвышающийся обелиск символизирует жертву и триумф. Его прагматический потенциал заключается в том, что он используется для официальных церемоний, таких как День Победы (9 мая), укрепляя одобренный государством посыл о героизме и единстве. Он также служит местом для общественного траура, размышлений и памяти о героях, отдавших свои жизни за мирное существование города и страны.

Памятник «Героям первого и второго освобождения Ростова-на-Дону» увековечивает два освобождения города от нацистской оккупации (1941 и 1943). Он подчеркивает стойкость города и жертву его защитников. Его прагматический потенциал направлен на закрепление идентичности города в военной истории, подчеркивая его стратегическое значение и храбрость его жителей.

Мемориальный комплекс «Змиевская балка» — это локус увековечивания памяти о трагической гибели более 27000 человек, в основном евреев, от рук фашистских захватчиков. Это один из крупнейших мемориалов Холокоста в России. Прагматическое значение данного мемориала в том, что он служит напоминанием о зверствах войны и страданиях мирных жителей, а также интегрирует историю Ростова-нп-Дону в более широкие повествования о Второй мировой войне и Холокосте.

Памятники, отражающие Специальную военную операцию

С началом спецоперации в 2022 г. Ростов-на-Дону из-за своей близости к границе боевых действий стал ключевым логистическим и символическим местом. Памятники и мемориалы, связанные с СВО, появляются как часть военного дискурса города:

Мемориал в память о погибших бойцах СВО установлен на территории 103-го мотострелкового полка в Октябрьском районе Ростова. На гранитных плитах изображения всех родов войск символизируют единство, мощь и дух армии в борьбе за безопасность Родины.

Постоянная экспозиция «Аллея Героев» в центре Ростова состоит из стендов с портретами героев СВО и описанием их подвигов. В честь солдат, погибших в спецоперации, появляются мемориальные доски. Они включают имена, фотографии и личные истории, подчеркивая индивидуальную жертву. Так формируется современный образ героя [17, с. 30]. Эти мемориалы служат для легитимации СВО, представляя ее как продолжение наследия Великой Отечественной войны по защите Родины. Они также воспитывают чувство единства и патриотизма.

Кроме того, в городе организуются временные инсталляции, выставки, мероприятия, акции. В общественных местах Ростова-на-Дону установлены провоенные символы, связанные с СВО («Z»), флаги и баннеры в поддержку военных. Это создает видимое ежедневное напоминание о продолжающемся конфликте, усиливая государственные нарративы и мобилизуя общественную поддержку.

Военные памятники в Ростове-на-Дону не статичны; они активируются посредством ритуалов, таких как возложение цветов, военные парады и публичные речи. Эти представления усиливают эмоциональную и идеологическую направленность памятников. Символы войны часто проводят четкие границы между «нами» (героями, защитниками) и «ними» (врагами, агрессорами), укрепляя социальную сплоченность и оправдывая противостояние внешним угрозам.

Как показывает исследование, прагматический аспект локусов, где кристаллизуется память о войне, связан с их влиянием на аудиторию, на социальную, политическую и культурную жизнь города. Выявлены следующие воздействующие составляющие прагматической силы:

‒ Формирование коллективной памяти, заключающееся в закреплении исторических нарративов, подчеркивающих героизм воинов и жителей города, их жертвенность и стойкость.

‒ Создание преемственности: символы Великой Отечественной войны и СВO создают ощущение исторической преемственности, представляя текущие конфликты как часть продолжающейся борьбы за выживание нации.

‒ Формирование общественных настроений и эмоционального резонанса: символы войны вызывают сильные эмоции — гордость, скорбь, солидарность, — которые могут стимулировать общественную поддержку. Актуализация символов превращает абстрактное повествование в жизненный опыт, усиливая их эмоциональное и идеологическое воздействие.

‒ Легитимация действий государства, оправдывающих конфликт: символы войны используются для позиционирования текущих военных действий как освободительной, оборонительной, морально оправданной борьбы.

‒ Объединение нации: подчеркивая общую жертвенность и героизм, символы войны способствуют национальному единству.

‒ Создание национальной идентичности: символы войны помогают определить, что значит быть русским, подчеркивая такие черты, как стойкость, патриотизм и жертвенность. Формирование местной идентичности подчеркивается уникальным вкладом города в национальную историю, способствуя местной гордости и чувству сопричастности.

‒ Преобразование городского пространства: символы войны изменяют физический ландшафт, превращая улицы, площади и парки в места памяти, которые усиливают определенные нарративы и привлекают посетителей.

‒ Глобальные и транснациональные измерения: проецирование силы. Символы войны передают национальную силу и решимость как внутренней, так и международной аудитории. Так, мемориалы Великой Отечественной войны в Ростове-на-Дону подчеркивают историческую роль России как мировой державы.

Обсуждение и заключение. Прагматическая сила символов войны заключается в их способности формировать коллективную память, влиять на общественное поведение и укреплять политические и идеологические нарративы. В контексте Ростова-на-Дону символы войны — будь то связанные с Великой Отечественной войной или со Специальной военной операцией — служат мощными инструментами для мобилизации общественных настроений, легитимации действий государства и построения идентичности. Они укрепляют государственные нарративы и способствуют национальному единству, решают задачи образования подрастающих поколений, отражают историческое и стратегическое значение города как в прошлых, так и в настоящих военных конфликтах.

Прагматическая сила военных символов города заключается в их способности формировать то, как история запоминается и интерпретируется. Они конструируют коллективную и индивидуальную идентичность, превращая городские пространства в места памяти. В Ростове-на-Дону эти символы особенно сильны из-за исторического и стратегического значения города. Они служат своеобразной летописью веков, отражая культурные коды и подкрепляя нарративы, которые лежат в основе национальной, в том числе локальной, и военной идентичности России.