Введение. В контексте современной глобальной Западной повестки, активно пропагандирующей идеи, противоречащие традиционным ценностям и культуре, особенно уязвимым является детское сознание. На протяжении многих лет, а в наше время с особой остротой, наблюдается латентное формирование у детей девиантной духовности посредством издательской деятельности. Чтобы разобраться в этой тревожной тенденции мы намеренно обращаемся к опыту выдающегося литературоведа К.И. Чуковского, поскольку его наследие проливает свет на истоки нарастающей деструктивизации в детской издательской индустрии.

В предваряющей эту работу статье «Критика массовой культуры К.И. Чуковским как антропологическая проблема» предметом исследования был текст К.И. Чуковского «Нат Пинкертон и современная литература» (1908). В том тексте писатель очертил основные тенденции духовно-нравственного упадка человека и общества в начале XX в. Указанный писателем процесс был обозначен нами как антропологическая проблема, являющаяся следствием процесса секуляризации, а статья К.И. Чуковского — линзой, благодаря которой появилась возможность проследить логику последующей критики писателем индустрии комиксов как лидирующего направления массовой литературы.

С того момента до написания К.И. Чуковским других критических статей прошло 40 лет. За этот период уже произошли революции и две Мировые войны, и, разумеется, феномен нацизма и фашизма уже был хорошо известен всему миру. В этих своих работах критик усматривает параллели между германским фашизмом и процессом фашизации американских детей. То есть К.И. Чуковский увидит не просто антипедагогическую направленность американской издательской индустрии, но ее такие деструктивные методы, которые в некотором смысле даже превосходили политику гитлерюгенда. Также писатель однозначно заявит, что идейным вдохновителем немецкого фашизма был Ф. Ницше, и что американский Супермен — это также его детище, как результат воплощения идеи сверхчеловека.

Целью работы является попытка осветить некоторые исторические аспекты формирования детской девиантной духовности посредством издательской деятельности до 50-х гг. XX в. на примере американских журналов комиксов в преломлении критики К.И. Чуковского.

Материалы и методы. Основой данного исследования являются следующие методы: историко-литературный, аксиологический, формальной логики. Данная методология дает нам возможность обратиться к литературно-критическим трудам К.И. Чуковского как к зеркалу, отражающему причины и скрытые механизмы возникновения деструктивных социокультурных тенденций в области развития и воспитания детей, выявить общее и особенное в изучаемых явлениях, а также дать им духовно-нравственную оценку. Основной материальной базой послужили следующие работы К.И. Чуковского: «Мульти» (1940), «Растление детских душ» (1948), «Растление американских детей» (1949), «Воспитание гангстеров» (1949), труды отечественных и зарубежных исследователей феномена массовой культуры.

Результаты исследования. «Мораль массовой культуры — это разложение той морали, которую в прошлом можно было найти в детских книжках», — так о духовной стороне массовой культуры напишет известный философ М. Хоркхаймер [1]. Если в век нечтения книг именно фильмы активно формируют мировоззрение детей и молодежи, — это мы про наше время, — то до середины XX-го в. всё было немного иначе. Детское сознание формировала та литература, которую читали дети и/или читали детям их родители. К.И. Чуковский всегда акцентировал внимание на необходимости чтения классической литературы для духовно-нравственного воспитания и развития детей.

Одним из новоявленных феноменов массовой литературы XX в. является жанр «комикс». Комикс — это особое сочетание литературы и изобразительного искусства. Комикс как особое направление берет свое начало в США, хотя, конечно, некоторые делают отсылку к значительно более ранним истокам, даже к наскальным рисункам доисторической эпохи как предтечи комиксов. Эксперты выделяют несколько периодов становления индустрии комиксов: Платиновый век (1897–1937), Золотой век (1938–1955), Серебрянный век (1956–1972), Бронзовый век (1973‒1985), Современный век или Тёмный (1985 — по настоящее время). Российский исследователь Д.Г. Дмитриева в своей работе «Феномен американского супергероя в контексте визуальной культуры XX века» выделяет шесть периодов [2]. Это условные границы, и они варьируются в зависимости от контекста.

Итак, смешные, рисованные истории в картинках — комиксы — это прежде всего феномен и органическая часть «массовой культуры». Цель комиксов развлечение (от англ. comic «смешной»). Хотя изначально комиксы выполняли терапевтическую функцию, как помощь американским иммигрантам в обретении новой общности; также комиксы отражали социальную реальность [2, с. 103]. До конца тридцатых годов в США были распространены различные действительно смешные истории в комиксах. С тридцатых годов жанр комиксов начал видоизменяться, на смену ему придут более серьезные направления. Речь идет о боевиках, детективах, ужасах, фантастике.

В целом эту тенденцию можно охарактеризовать «деградацией художественного повествования», как об этом скажет применительно к народному роману (фельетону) известный итальянский ученый У. Эко в одноименном разделе своей книги «Superman для масс» [3]. С точки зрения аксиологии процесс деградации повествования может привести к опасной ситуации, «когда уже невозможно с легкостью оправдать то удовольствие, которое он приносит» [3, с. 26]. Так, например, одним из свидетельств усугубляющейся деградации фельетона, — а то же самое можно сказать и о комиксах, — является отрицание общественного порядка как социальной нормы, он лишь «унылый, надуманный фон» [3, с. 27]. В конце концов, как отметит У. Эко, «чем сильнее усугубляется деградация, тем более привлекательным кажется нам художественное повествование» [3, с. 28].

Подчеркнем, что сказанное итальянским философом о деградации художественного повествования особенно применимо к комиксам. В 1938 г. ситуация с комиксами изменилась еще кардинальнее. С появлением Супермена — супергероя, иконы американской культуры (DC Comics — Detective Comics), комиксы приобретают пропагандистскую направленность. Но не ее одну. Комиксы со временем претерпевают такое развитие, что к развлекательной функции прибавляются еще ряд других: «образование (пример, издательство EC — education comics); реклама; конституирование и утверждение общественных ценностей, пропаганда существующей идеологии» [2, с. 103]. Исследователь Д.Г. Дмитриева приводит красочные примеры того, как пропагандистская машина США использовала комиксы для формирования текущей повестки (обработки массового сознания американцев). Эту тенденцию наглядно описал К.И. Чуковский в своей критической статье «Полный карман пошлости» (1948).

Исследователь Д.Г. Дмитриева выделяет три больших идеологических блока: 1) преодоление последствий Великой Депрессии; 2) участие во Второй мировой войне (формирование образа врага, в частности, фашизма и советского коммунизма, а США при этом — сверхдержава-спаситель человечества); 3) империализм (США — империя, имеющая права на колониальные земли [2, с. 126].

Появление фигуры Супермена неслучайное. В разгар секулярности, когда человек все более забывал своего Творца, а душа и сердце жаждали утешения, был изобретен суррогат Бога — Супермен. Он был призван стать для американцев неким спасательным кругом в печальное время, а в последующем — тем, кто решит все проблемы человечества.

За появлением Супермена следует и появление Бэтмена, Капитана Америки, Пластикового человека, Чудо-женщины, Зеленого Фонаря, Флэша, Аквамена, Шазама, Чёрного Адама, Атома, Женщины-кошки и многих других персонажей, которые росли в арифметической прогрессии и наполняли своим присутствием повседневное бытие американцев всех возрастов. Наполняют и по сей день, только теперь и далеко за границами США. В целом в DC-Вселенной насчитывается около 400 супергероев и 20 тысяч персонажей.

Растление американских детей. Удивительно, но у истоков критики американских комиксов стоит наш соотечественник, выдающийся филолог К.И. Чуковский. Он написал несколько статей, посвященных педагогическому и нравственному анализу содержания комиксов, указанных нами в методах исследования.

К.И. Чуковский — тонкий детский психолог, чётко понимал какую «пользу» несут комиксы, читающим их ребятам, и понимал какую цель преследовали государство и корпорации их выпускающие. Например, имеющий многомиллионный тираж комикс-журнал «Супермен» (Чуковский здесь пишет Сюпермэн, через «ю» и через «э»), который читали все американские дети, начиная с восьмилетнего возраста, постоянно наполнялся жутким и аморальным содержимым. После знакомства с этим журналом писатель признался: «…мне показалось, что я в бандитском притоне, среди отъявленных воров и убийц» [4].

Множество преступников окружают ребенка в американских журналах и таких журналов великое множество: «Все массовые детские журналы и книги сверху донизу наполнены бандитами. Трест, издающий «Сюпермэн», выпускает еще тридцать журналов с таким же ярко выраженным преступным уклоном» [4]. К.И. Чуковский ужасается: «Все это — герои рассказов для детей!».

Комиксы постоянно транслируют детям материал о различных видах преступлений, которые «стали в тысячу раз более затейливыми, эффектными и вычурными» [4], и показывают «наиболее виртуозные методы воровства, грабежа и мошенничества» [4]. Вся журнальная корпорация стремится к тому, «чтобы дети стали знатоками, гурманами, лакомками убийств и жульничеств и приучились бы ценить преступления с точки зрения мастерства уголовных приемов» [4].

К.И. Чуковский отмечает и характерное влияние комиксов того времени на угрожающий рост детской преступности в Америке. Он считает, что «одним из способствующих ее росту идеологических факторов, несомненно, являются эти рассказы о сюпермэновых подвигах» [4]. В своей статье писатель приводит примеры исследований сердобольных американцев, которым не безразлична судьба детей их страны. Например, один из психиатров также свидетельствует «о сильнейшем увеличении детской преступности под непосредственным воздействием этих бесчисленных «комикс» [4].

Другой американский аналитик, рассуждая о влиянии комиксов на детей, с горечью констатирует: «Бесполезно уговаривать детей, чтобы они отказались от чтения «комикс», точно так же бесполезно пытаться пробудить в издателях и сочинителях «комикс» хоть какие-нибудь проблески совести» [4]. Этот же аналитик резюмирует: «Если признать, что сочинители массовых книжек отражают в этих книжках эпоху, мы, пожалуй, не слишком отклонимся от истины, если придем к заключению, что мы вырождаемся и мало-помалу становимся нацией необузданных сверхчеловеков, никчемных и садистически злых» [4].

К.И. Чуковский затронет значение понятия «сверхчеловек», проведет параллель с Суперменом и уточнит, что оно «идет к нам от Ницше, идейного вдохновителя германских фашистов» [4]. Кстати, У. Эко считает, что образ «сверхчеловека» (Супермена) зародился не в философии, а в литературе, и его идейным отцом был французский писатель Эжен Сю: «Супермен рождается в кузницах фельетона и только затем проникает в философию» [3, с. 75]. А прообразом Супермена является «сатанинский романтический герой» [3, с. 75].

Но вернемся к К.И. Чуковскому. Писатель приведет отзыв «об этом американизированном ницшеанском герое» одного из нью-йоркских ученых в «Журнале психотерапии»: «…Родители и педагоги не видят по своей слепоте, что на формуле сверхчеловека, в сущности, основан закон Линча… «Комикс» преуспели в одном: они дали каждому ребенку Америки такой полный курс параноидной мании величия, какой никогда не преподносился детям даже в нацистской Германии, они внушили им такую уверенность в моральном оправдании физической силы, о котором не смел и мечтать ни один из немецких фашистов» [4].

Как итог, литературный критик выскажет мысль, что США занимались массовой фашизацией детей, поскольку «дети — это завтрашняя армия». Для того чтобы получилась бессердечная и немилосердная боевая единица детям внушалось, что «человек человеку — мерзавец», а «бандитизм — есть норма» [4]. Речь идет, разумеется, о моральном разложении детей, о размытии или нивеляции разграничений в детском сознании понятий добро/зло, свет/тьма, норма/девиация. К.И. Чуковский вслед за писательницей Э. Триоле указывает и один из рецептов, могущих противостать комиксам как «американской фашистской отраве» [4]. Рецепт этот: борьба за идейную высокохудожественную детскую книгу.

Растление детских душ. Другая статья К.И. Чуковского «Растление детских душ» во многом перекликается со статьями «Растление американских детей» и с «Воспитание гангстеров». Повестка одна: человек стал богом — Сверхчеловеком («Superman») — и начал творить чудеса. Американские сверхчеловеки, которых упоминает писатель, известны и в России под именами Кларка Кента (Супермен) и Брюса Вейна (он же «Бэтмен»). Оба персонажа наделены «качествами всемогущего Бога». И вот эти неомифологические боги ведут постоянную борьбу с нескончаемым «привлекательным бандитизмом».

Писатель сетует, что «эти кровавые книжки» (комиксы) в Америке продаются везде и по самой низкой цене. Их чрезвычайно много. К.И. Чуковским указывается цифра 250. И все эти детские журналы рассчитаны на многомиллионную аудиторию.

Какова же суть этих журналов? Литературный критик напишет следующее: «В этих журналах только и делают, что режут, кромсают, расстреливают, душат, отравляют, калечат и топят людей, сбрасывают их на всем ходу с поездов, с самолетов, или тащат в тюрьму, на электрический стул… Во всех этих многомиллионных изданиях моральная основа одна: человек человеку — зверь. Единственное их содержание: охота людей за людьми. Самозабвение ловли и травли, упоение погони и облавы — в этот хищнический звериный азарт взрослые усердно вовлекают детей» [5]. Дальше писатель продолжит свою мысль, уточняя, что осуществляется «массовое растление детей, насильственное прививание им звериных инстинктов; но за последние годы эпидемия стала стихийной, интенсивность ее губительных ядов увеличилась в тысячу раз» [5].

Снова и снова писателем делается акцент на тонком знании детской психологии тех, кто в ответе за выпуск журналов: «…литературная форма всех «комикс» очень ловко приноровлена к детскому возрасту: изложение ведется при помощи одного только чередования картин, снабженных минимальным количеством текста: фабула, при всей своей идиотической пошлости, насыщена максимальной динамикой» [5].

К.И. Чуковский констатирует, что в его время представить ребенка без комикса уже невозможно, и что защитить детей в Америке «от этого колоссального зла более чем затруднительно», поскольку издательские компании имеют огромные барыши с этого дела.

Еще укажем пару причин, которые огорчают нашего критика. Первая: нечтение американскими детьми классической литературы, вместо которой поглощаются комиксы: «Педагоги жалуются, что издающиеся ныне в Америке талантливые, художественно ценные книги захлестываются, словно островки в океане, этими кровавыми “комикс”» [5]. Вторая: в Америке всё можно купить за доллары: «…за доллары здесь можно купить даже совесть». Чуковский ссылается на редакционный совет, «благословляющий» выпуск комиксов, членами которого являются профессоры педагогики и психиатрии: «В лице этих психиатров, профессоров педагогики, специалистов по детскому чтению современная наука Америки не только санкционирует, но и направляет массовое растление детей, осуществляемое изо дня в день непрерывным потоком сыщицко-бандитских изданий» [5].

Воспитание гангстеров. В 1949 г. К.И. Чуковский напишет статью под названием «Воспитание гангстеров (Заметки об американской литературе для детей)» [6]. Эта статья состоит из пяти разделов, но их условно можно разделить на два блока. Первый блок (1–3) посвящен критике творчества выдающегося американского художника-мультипликатора Уолта Диснея. Второй (4–5) является обобщением указанных выше статей «Растление американских детей», «Растление детских душ» и «Полный карман пошлости» и посвящен критике Ната Пинкертона, и супергероев: Супермена, Бэтмена и др.

Предметом критики творчества У.Диснея является выпускаемый данной компанией с 1940 г. журнал комиксов «Walt Disney’s Comics and Stories». Между тем заметим, что в 1940 г. вышла критическая статья К.И. Чуковского под названием «Мульти», посвященная Диснеевской мультипликации, за которой, по признанию самого писателя, шла отечественная детская мультипликация несколько лет. К.И. Чуковский уже тогда скажет, что гениальный У. Дисней сбил с толку своим «вульгарным и антипоэтическим стилем» советскую мультипликацию и направил ее на ложный путь. Примечательно, что «“Микки-дирижер” был ее вдохновителем, ее идеалом» [7]. Особые симпатии к творчеству Диснея в начале 30-х гг. испытывал И. Сталин, который и инициировал создание в СССР «нашего Микки».

С 1940 г. начинается «преодоление Диснея» и советский кинематограф пошел своим путем, отказавшись «от ненужной карикатурности, от трюкачества, от черствой и бездушной американской балаганщины», взяв «курс на задушевность и поэтичность, на тихий и нежный лиризм» [7]. Об этом писала и биограф К.И. Чуковского И.В. Лукьянова в одноименном разделе своей книги [8].

Но вернемся к комиксам. Диснеевский ежемесячный журнал содержит пятьдесят две страницы, из которых, по свидетельству писателя, только две и то не полностью заняты каким-нибудь текстом. На остальные приходятся рисунки, их около четырехсот. Каждый журнальный сюжет изложен кинематографическим методом, т.е. непрерывной цепью картин; текста — максимально минимально. Доходчивость сказок Диснея огромна, поскольку «этот метод вполне приспособлен к психике малых детей», — пишет литературный критик.

К.И. Чуковский заявляет, что «всевозможные подвохи и жульничества» являются главной сюжетной линией этих сказок. Основой и своеобразной моралью сказок являются обман, лукавство, коварство, цинизм, меркантилизм, прагматизм, утилитаризм. Одним словом — безнравственность. Писатель приводит конкретные примеры и поражается тому, что такое вообще печатают, да еще и для детей: «Вакханалия взаимных обманов — и какое богатое разнообразие методов присвоения чужого добра!» [6].

Мы уже говорили, что К.И. Чуковский с пиететом относился к американской и английской классической литературе. И в этот раз в своей статье писатель упоминает тех авторов, на чьих примерах ранее воспитывались американские дети. На первый взгляд может показаться, что приведенные примеры указываются в несколько ироничной и даже может быть циничной форме, когда К.И. Чуковский произносит применительно к зарубежной литературе слова: квакерский, пуританский, святошеский, ханжеский, буржуазно-добродетельный. Однако если предметно взглянуть на содержание слов К.И. Чуковского, то мы увидим, что на самом деле он говорит о фундаментальной моральной составляющей, которая помогала воспитывать детей в верной педагогической парадигме.

Позволим себе привести этот отрывок: «Лет пятнадцать назад в детской литературе США все еще благополучно господствовал квакерский, пуританский, святошеский дух. Кто хочет представить себе моральную атмосферу детской американской литературы недавнего времени, пусть вспомнит такие типичные детские книги Америки, как «Маленькие женщины» и «Маленькие мужчины» Луизы Олькотт, «Серебрянные коньки» Мэри Додж, «Маленький лорд Фаунтлерой» Фрэнсис Бернетт и пр., и пр., и пр.» [6].

К.И. Чуковский подчеркивает, что таких «ханжеских, буржуазно-добродетельных книг каждый год печаталось великое множество» как в США, так и в Англии. О чем же указанные Чуковским авторы писали свои рассказы, чему они могут научить детей?

Ответ предельно простой. Эти рассказы учат ребенка быть добрым, честным, искренним, милосердным, жить с любовью в сердце, никогда не отчаиваться и верить в лучшее, видеть в людях хорошее, помогать нуждающимся, уделять внимание ближнему и заботиться о ближнем. Также учат взаимопомощи, дружбе, щедрости, честности, самопожертвованию, приоритету духовного над материальным, верному взгляду на традиционные семейные ценности.

В этих текстах, да и в целом в творчестве указанных писателей, содержаться глубокие морально-нравственные поучения, преподносятся они ненавязчиво, и доносятся до читателя просто и понятно. Можно смело сказать, что именно семья, в традиционном ее понимании, является психолого-педагогическим ядром приведенных выше поучительных рассказов, а любовь — является главной добродетелью и движущей силой в жизни человека, которая преображает все вокруг. Можно смело уточнить, что эти работы строились исключительно на христианском мировоззрении. Понимал это и К.И. Чуковский, будущий главный редактор сборника рассказов для детей «Вавилонская башня».

Именно поэтому критик позволил себе назвать «фиговым листком» указанную классическую литературу, т. к. она прикрывала «хищнические вожделения и нравы» многих поколений, которые не могли обойтись без этого фигового листка. Данное выражение обычно употребляют для лицемерного прикрытия чего-либо постыдного, непристойного. Также оно символизирует лицемерную маскировку подлинных намерений или истинного положения дел.

Понять писателя несложно, поскольку он хорошо осознавал, что на смену классике пришел сыщицкий рассказ в лице Ната Пинкертона, а за ним и комикс, как феномены массовой культуры. Сама же массовая культура сущностно ориентирована исключительно на развлекательные потребности «внешнего» человека. Поэтому дальше К.И. Чуковский касается серьезной проблемы, насущной и до настоящего времени, того, как Диснеевские комиксы прививают детям любовь к деньгам, конкретнее, к долларам, как новому кумиру многих людей: «Дети с блаженной улыбкой возлежат на бесчисленных долларах, которыми устлан весь пол, и влюбленно перебирают их своими детскими пальцами, и плетут из них какие-то гирлянды, и украшают себя ими, как цветами, и зарываются в них с головой, и, как завороженные, повторяют в экстазе: — Мы хотим, мы хотим быть банкирами!» [6].

В другом примере пачка долларов в руках мошенника, которые он получил обманным путем, «на рисунке Диснея окружена каким-то особенным сиянием, вроде нимба вокруг головы чудотворца на старинных византийских иконах!» [6]. Дальше Чуковский вновь и вновь акцентирует внимание на боготворении долларов и как герои комиксов Диснея идут на всяческие ухищрения ради того, чтобы раздобыть заветные бумажки. При этом герои рассказов утрачивают все человеческое, «превращаясь в скотоподобных чудищ» [6].

Во многих сказках У. Диснея с необыкновенной рельефностью выразились «уродливые, жестокие и бессмысленные отношения, присущие среде, где он живет и работает», — так это видел К.И. Чуковский. И все «якобы безобидные детские сказки с пёстро раскрашенными рисунками» являются подтверждением «бесчеловечной “морали” нынешних хозяев Америки» [6]. В нашем растленном мире, по мысли писателя, главенствует доллар. А сам мультипликатор У. Дисней, — в этом уверен К.И. Чуковский, — демонстративно отказывается от всякой заботы о моральном воспитании детей и язвительно глумится над теми, кто поступает иначе.

Наплевательское отношение У. Диснея к вопросам педагогики и морали, как замечает К.И. Чуковский, позволило первому начать вставлять в свое творчество элементы сексуализации детей [9]: «На пляже загорает полуобнажённая девушка. Её нагота неотразимо влечёт к себе Дональда Дака. Но девушка скрыта от него огромным зонтом, видны только её ноги, и он всячески стремится к тому, чтобы обойти её зонт и увидеть девицу во всей красоте. Эти любострастные усилия и составляют сюжет данного цикла рисунков. Подобного рода порнография, до последнего времени встречавшаяся в “комических” фильмах для эротоманов преклонного возраста, теперь получает распространение в журнале, предназначенном для детей и подростков» [6].

Заявления насчет приобщения подрастающего поколения к сексуальной тематике были выстроены не на пустом месте. На эти аспекты обратили свое внимание и другие исследователи. Оказывается, в индустрии детской кинематографии У. Диснея уже давно культивируются деструктивные темы: дискредитация и обесценивание института семьи, абсолютизация феминизма, подмена понятий добра и зла (инфернализация и демонизация), сексуализация, опошливание жизни, пропаганда гомосексуализма и трансгендерности, гипериндивидуализма, технократизма и пр. Делается это, разумеется, латентным образом. За красивым фасадом спрятаны многочисленные капканы для детских душ. Отсюда и формирование детской девиантной духовности [10; 11].

За неимением возможности подробно останавливаться на критических моментах, скажем, что второй блок данной статьи посвящен тому же, о чем уже было сказано выше: американским супергероям, росту детской преступности, популярности комиксов — «этой ядовитой пошлятины», утрате аппетита детей «ко всякой простой человеческой книге» и тому, что им «по сердцу одни только «триллеры»…книги, бьющие с размаху по нервам, леденящие кровь каким-нибудь ловко придуманным ужасом» [6]

К.И. Чуковский оканчивает свою статью утверждением, что «массовая детская литература в США предназначена для воспитания бандитов, по-фашистски освободившихся от таких «предрассудков», как совесть, сострадание, стыд, готовых по первому же приказу своих повелителей, новоявленных претендентов на мировое господство, совершить любой человекоистребительный акт» [6].

Последнее предложение данной статьи вполне открыто и откровенно говорит о сущности правительства США, его хищнической политике по отношению к другим странам, и маскирующем свои империалистические амбиции пресловутой либеральной демократией: «В раскрашенных картинках серийных изданий отчетливо выступает звериный облик современного американского империализма, ненавистного трудящимся массам всех стран, которые справедливо видят в нем источник всего самого низкого, преступного, злого, что происходит в настоящее время на нашей планете» [6].

Обсуждение и заключение. Массовая культура имеет огромный потенциал. И благодаря научному вкладу К.И. Чуковского исследовательскому миру удалось увидеть ее рискогенную составляющую (изнанку). Стало очевидным, что меркантильное использование массовой культуры может разлагать мораль, формировать девиантную духовность, продвигать и насаждать любую идею. Например, идею, что «человек человеку мерзавец/зверь». Вследствие чего взращивается крайний эгоизм, неприязнь, зложелательство, повсеместный обман. А преступный образ жизни в обществе, нарушение порядка объявляется нормой.

Американские комиксы, как и творчество У. Диснея, в преломлении критики писателя, являются оружием массового поражения: морально разлагают детей, навязывают им различных кумиров (напр. доллары, Суперменов…), размывают и нивелируют в детском сознании понятия добро/зло, свет/тьма, норма/девиация.

К.И. Чуковский интуитивно определил, что развлекательная индустрия Walt Disney не может быть другом ребенку. И он был снова пророчески прав. На сегодняшний день эта компания, не стесняясь, продвигает идеи ЛГБТ сообщества (движение признано экстремистским и запрещено в РФ).

Родители, как правило, безответственно подходят к крайне серьезному вопросу – вопросу воспитания детей, и становятся соучастниками вовлечения детей в деструктивные сети массовой культуры.