Введение. В настоящее время процесс интеграции Крымского полуострова в состав Российской Федерации еще нельзя назвать завершенным. Особую роль в этих процессах способно играть научное сообщество, которое может представить свое понимание различных актуальных процессов в Крыму, в частности, этнополитических, которые имеют большое значение для обеспечения стабильности региональной безопасности полуострова. Крайне важное значение здесь играют научные исследования, ориентированные на анализ потенциала этнополитической конфликтогенности в разных частях Республики Крым, что также дополнительно актуализирует тематику выбранного исследования.

Цель данного исследования заключается в расчете индекса этнополитической напряженности муниципальных образований Республики Крым, последующем зонировании ее территории по данному показателю, определении муниципальных образований с наименее и наиболее высоким уровнем этнополитической напряженности.

В настоящее время по обозначенной тематике сформирована определенная библиографическая база, в частности, можно выделить труды таких исследователей, как К.Н. Ахмадеев [1], А.В. Баранов [2], Д.К. Григорян [3], Е.Н. Кондратенко [3], Т.К. Фарапонова [3], А.В. Левин [4], Д.А. Мамина [5], Д.Н. Мищенко [5], Т.А. Сенюшкина [6], С.С. Сметанников [7], А.Б. Швец [8]. Одновременно с этим требуется более глубинное исследование некоторых аспектов. Например, это касается статистических методов исследования при анализе этнополитической напряженности в современном Крыму, а также применении количественных методов исследования при анализе этнополитических процессов Крыма в контексте муниципальных образований.

Материалы и методы. В качестве основы инструментария исследования был выбран ряд методов статистического анализа, в частности, корреляционный анализ статистических данных, а также группировка и сводка полученных статистических данных.

В исследовании, посредством разработанной нами формулы, был проведен расчёт индекса этнополитической напряженности муниципальных образований Республики Крым. Основу формулы составили три индикатора: уровень этнической неоднородности муниципальных образований; степень трансформации этнической структуры; этнокультурная «дистанция» между тремя наиболее многочисленными этническими группами Крыма (русские, украинцы, крымские татары) [9, с. 27].

В ходе расчета уровня этнической неоднородности муниципальных образований использовалась методика, которая была разработана исследователями Тейлором и Хадсоном в первой половине 70-х гг. прошлого века для определения степени лингвистической неоднородности населения посредством применения представленной в Атласе народов мира количественной информации [10]. Формула определения данного индикатора имеет следующий вид:

где Si — доля населения i-й этнической группы в общей численности населения, N — число таких групп.

В процессе расчета значения индекса находятся в диапазоне от 0 до 1 — 1/N. Чем данные индекса ниже, тем ниже и этническая неоднородность населения в том или ином муниципальном образовании. Если показатели индекса высокие, то неоднородность этнической структуры, соответственно, достаточна высока. Необходимо подчеркнуть, что этот индикатор не учитывает дистанцию между этническими группами определенного социума, что не предоставляет возможности выявить наиболее и наименее значимые этнокультурные различия, поэтому для итоговой формулы мы взяли для расчета еще один индикатор — уровень этнокультурной дистанции между тремя наиболее многочисленными этническими группами Крымского полуострова — русскими, украинцами и крымскими татарами.

При определении такого индикатора, как уровень этнокультурной дистанции мы применили скорректированный вариант методики расчета индекса разнообразия, который был представлен в 1956 г. ученым Дж. Гринбергом и направлен на количественную оценку имеющихся дистанций между этническими группами [11]. Непосредственно сама формула определения индикатора имеет такой вид:

ED = Si ∙ Sj ∙ Pij + Si ∙ Sk ∙ Pik + Sj ∙ Sk ∙ Pjk ,

где Si — доля населения русского этноса в общей численности населения; Sj — доля населения украинского этноса в общей численности населения; Sk — доля населения крымско-татарского этноса в общей численности населения; Pij — этноконфликтный потенциал по линии «русские — украинцы»; Pik — этноконфликтный потенциал по линии «русские — крымские татары»; Pjk — этноконфликтный потенциал по линии «украинцы — крымские татары» [9, с. 27].

Пять факторов конфликтности составили базу значений этноконфликтного потенциала. В табл. 1 более подробно приводится количественная оценка каждого из факторов.

Таблица 1

Количественное выражение факторов конфликтности, используемых для расчета показателя этнокультурной дистанции [9, с. 28]

Что касается такого индикатора, как степень трансформации этнической структуры, то его расчет производился согласно динамическому соотношению двух этнических групп — русских (являющихся большинством в этнической структуре населения Республики Крым) и крымских татар (этническая группа, имевшая наибольшее воздействие на трансформацию этнокультурного и демографического баланса Крымского полуострова в конце 90-х. — начале 2000-х гг.) [9, с. 28]. Огромное значение на эти процессы оказала проходившая в обозначенный период репатриация крымско-татарского этноса, которая значительно изменила характер этнической структуры населения Крыма. Об этом свидетельствуют количественные данные: в период с 1989 по 2001 гг. доля крымских татар в структуре населения Крымского полуострова в общей сложности увеличилась более, чем в шесть раз (с 1,58 % в 1989 до 10,26 % в 2001 г.) [12; 13].

Ниже подробно представим формулу по расчету степени трансформации этнической структуры:

где Sk2021 — доля крымско-татарского населения в 2021 г.; Sk2014 — доля крымско-татарского населения в 2014 г.; Si2021 — доля русского населения в 2021 г.; Si2014 — доля русского населения в 2014 г. [9, с. 28].

Если говорить об итоговой формуле для вычисления индекса этнополитической напряженности в муниципальных образованиях Республики Крым, то она имеет следующий вид:

IЭПН = EH ∙ ED ∙ TES,

где EH — этническая неоднородность (ethnic heterogeneity); ED — уровень этнокультурной дистанции (the level of ethno-cultural distance); TES — степень трансформации этнической структуры (the level of transformation of the ethnic structure).

Результаты исследования. В ходе произведенных вычислений были получены данные, которые находят свое отображение в табл. 2.

Таблица 2

Индекс этнополитической напряженности муниципальных образований Республики Крым. Муниципальные образования

Как свидетельствуют данные, представленные в табл. 2, 75,00 % (абсолютное большинство) муниципальных образований с минимальным уровнем этнополитической напряженности находятся в южной части Республики Крым. Большинство муниципальных образований с низким и пониженным уровнем этнополитической напряженности располагаются в северной части Крымского полуострова (36,36 %), однако следует обратить внимание на то, что за исключением Джанкойского района, указанные муниципальные образования являются городскими округами, а не районами. В данном аспекте необходимо также подчеркнуть еще одну важную деталь — ни в одном из городских округов Республики Крым не фиксируются средние, высокие или максимальные значения индекса этнополитической напряженности. Единственным районом из муниципальных образований с минимальными и низкими показателями индекса этнополитической напряженности является Черноморский район.

В сравнении с 2014 г. [9, с. 29], в 2021 г. нельзя выделить какую-то одну часть Крымского полуострова, где явно преобладают высокие и максимальные показатели индекса этнополитической напряженности: если в 2014 г. большинство (58 %) муниципальных образований с высокими и максимальными показателями индекса этнополитической напряженности располагались в центральной части Крыма [9, с. 29], то в 2021 г. по 28 % таких муниципальных образований располагались в центральной, восточной и северной частях республики (см. табл. 3).

Среди муниципальных образований с высокими и максимальными значениями индекса этнополитической напряженности есть также один район юга Крыма (Бахчисарайский район), в то время как в 2014 г. таких муниципальных образований среди южной части Крымского полуострова было два. Следует отметить, что в период с 2014 по 2021 гг. произошло значительное снижение индекса этнополитической напряженности в городском округе Судак. Во многом это было обусловлено определенным изменением этнической структуры, в частности, увеличением доли русского этноса и сокращением в структуре населения численности украинского этноса.

Необходимо подчеркнуть, что подобный тренд характерен после 2014 г. и для других муниципальных образований республики. Впервые с 1939 г. второй по численности этнической группой Крымского полуострова стали крымские татары, а не украинцы. За период с 2014 по 2021 гг. убыль украинского населения в Крыму составила 49,98 % [14; 15]. Одновременно с этим прирост русского населения составил 62,71 %, крымско-татарского — 9,20 % [15]. В определенной степени подобные трансформации были вызваны оттоком украинского населения с территории Крымского полуострова после 2014 г. вследствие неприятия некоторыми жителями событий «Крымской весны» и процессов интеграции с Россией. В то же время в качестве основного этот фактор мы не рассматриваем, поскольку среди украинского населения было довольно много тех граждан, кто позитивно воспринял события «Крымской весны», и кто ранее, до 2014 г., по ряду причин был вынужден в рамках переписи населения 2001 г. идентифицировать себя в качестве украинцев, хотя внутренне ощущали себя как русские. В ходе переписи населения 2014 г. ситуация уже начала меняться, о чем наглядно свидетельствуют статистические данные, однако еще более глобальные идентификационные трансформации могли состояться только спустя определенное время, что и произошло к 2021 г.

Таблица 3

Уровень этнополитической напряженности Республики Крым по географическому расположению муниципальных образований (на основе данных табл. 2)

Следует обратить внимание также на то, что, в сравнении с 2014 г. [9, с. 29], в 76 % муниципальных образований республики наблюдалось снижение показателя индекса этнополитической напряженности. В шести муниципальных образованиях эти показатели возросли: в Раздольненском, Первомайском, Красноперекопском, Ленинском районах, а также городских округах Красноперекопск и Феодосия. Главным образом, увеличение показателя индекса этнополитической напряженности в указанных муниципальных образованиях обусловлено наибольшими значениями роста численности крымско-татарского этноса, что оказало влияние на значения трех индикаторов, составляющих итоговую формулу расчета индекса этнополитической напряженности. Если в период с 2001 по 2014 гг. в указанных муниципальных образованиях наблюдалась отрицательная динамика численности крымско-татарского этноса, то в период с 2014 по 2021 гг. происходили уже обратные процессы. Особенно сильно это отразилось на таком расчетном индикаторе как степень трансформации этнической структуры, значения которого напрямую зависят от специфики демографических трансформаций крымско-татарского этноса.

Обсуждение и заключение. В результате проведенного анализа можно сделать следующие выводы:

1) в настоящее время в южной части Крымского полуострова располагается абсолютное большинство муниципальных образований с минимальным уровнем этнополитической напряженности;

2) большинство муниципальных образований с низким и пониженным уровнем этнополитической напряженности находятся в северной части Республики Крым и имеют административный статус городских округов;

3) в сравнении с 2014 г., в 2021 г. нельзя выделить какую-то одну часть Крымского полуострова, где явно преобладают высокие и максимальные показатели индекса этнополитической напряженности.

В целом, в сравнении с 2014 г., в муниципальных образованиях Крыма (в 76,00 % от общего числа) наблюдается снижение показателя индекса этнополитической напряженности, главным фактором которого является составивший 62,71 % прирост русского населения в период с 2014 по 2021 гг., что в свою очередь оказало влияние на показатели индикаторов, составляющих итоговую формулу расчета индекса.